Мне · снился · сон...

Пройди и позабудь.
Встретишь на пути своем прекрасный цветок – коснись его, ощути нежный бархат его лепестков, вдохни терпкий чарующий аромат. А затем спрячь свои чувства в бесконечно крошечную песчинку, сверни в спираль бесконечности, - и помести эту песчинку в самый центр своего сердца – сохрани прекрасный момент в бессмертном хранилище. А затем убей чувства, сотри образ, отсеки привязанность. Не дай рукам жаждать прикосновения, глазам – искать знакомое изображение, уму – стремиться вспять. Уничтожь этот сорняк, вырви корни из своего сознания – один за другим – пока не поймешь, что оно свободно для иной крупицы прекрасного. Чисто радуйся сердцем. Чувствуй. Пройди и позабудь.

О вреде и пользе мечтаний
(но скорее о первом, чем о втором).
Надо научиться чувствовать, надо просто научиться чувствовать открытым и обнаженным сердцем…
Когда отчаяние подступает столь близко к горлу, что вот-вот превратится в ком и задушит – ну, если и не задушит, то доставит массу неприятных ощущений – не остается ничего, кроме как писать. Порой сердце обливается кровью, и слезы предательски наворачиваются на глаза, когда смотрю – и вижу. А потому большее время стараюсь (хотя и не очень – ведь зачем стараться ради того, что и само естественно выходит) просто смотреть. Сегодня вот увидела – и не могу ничего поделать.
Слезы – они, наверное, оттого, что я сдерживаю себя в те моменты – то, что должно вылиться в действие или слово, выливается слезами.
Как бы порой я ни приближалась к тому состоянию, в котором я – это я без всяких округлений и умолчаний, я все же остаюсь навеки именно в этом состоянии бесконечного приближения. Почему? Потому что, наверное, если когда-то – и ты не помнишь, когда и при каких обстоятельствах - на тебя надевают оковы (может, и не надевают – ибо нет того, кто это делает, но просто это объективно так), то ты настолько привыкаешь к ним, что перестаешь их замечать, и лишь порой меланхолично теребишь одну из цепей, и это действие доставляет огромное удовольствие, потому что теребить цепь, мечтая о побеге, всегда легче и приятнее, чем в действительности на него отважиться. И эта мечта – она так сладка, потому что любой момент она может быть вызвана для собственного утешения – а потом отложена за ненадобностью. Еще одна дурная бесконечность: бесконечное лекарство от бесконечной болезни. Да, и еще приятно подцвечивать свои мечты картинками тех, кто все же решил отбросить мечты.
Хочу отбросить мечты (или уместнее сказать «мечтаю»? - извините за тавтологию). Хочу перестать копаться в рукописях и листать страницы исторических архивов, выискивая имена для того, чтобы усладить свой слух, и разглядывать картинки, дабы в минуты мечтаний воображение никогда не оскудело. Хочу прекратить сравнивать себя с ними и, дивясь амплитуде из взлетов и собственных падений, продолжать восхищенно стоять на месте. Хочу перестать думать, что, когда я наконец-то стану вот такой, какой я себя вижу (коллаж из тех же кусочков исторических рукописей и цветных фотографий героев, склеенный собственным воображением), то я сделаю так, как сделал бы среднестатистический герой (из моей историко-философской подборки) в этой ситуации. Но в данный момент делаю глупость (я ведь еще несовершенна – чего от меня ждать?) или продолжаю восхищенно стоять на месте.
И вот – я не живу. Меня просто нет. Есть вымышленные детали нерешенной головоломки и какое-то (каждый раз разное, но каждый раз предположительно идеальное) соединение их в целое. Но нет того целого, которое соответствовало хоть одному инварианту в действительности.
Вот, как итог, мне плохо, я роняю на пол слезы – и они разбиваются, а мне больно ступать по этим осколком – я режу ноги в кровь (и восхищенно стою на месте?). Радует одно: я знаю, что оплакивать собственные обстоятельства бессмысленно и бесполезно, а потому всегда оплакиваю их абстрактные проявления: устройство общества, страны, Вселенной (наверное, точнее сказать, сансаричность бытия?), законы, нищету, голод (а это плавно вытекает из предыдущих скобок, а потому, наверное, оплакиваю всегда первое, но в разных деталях) – и прочее, что лишь одним малюсеньким перышком своего огромного черного крыла (порчи и разложения?) касается лично меня. Моего воображения хватает, чтобы раздуть легкий ветерок этого касания до зловещего черного торнадо и увидеть ту перспективу, которая стоит за ним. А может, это уже не воображение, но сердце – говорят, оно способно объять необъятное. Пусть будет так – буду страдать не за себя, не из-за своих мелких обстоятельств – буду страдать абстрактно – так радостнее. И жизнь легче. Ну вот, кажется, я хорошо меланхолично потеребила очередную цепь, ту, что сковывает мое сердце. Пусть, пусть она хотя бы не ржавеет.
А как же я? – я просто продолжаю восхищенно стоять и ставлю точку в этой части истории. Кажется, мне удалось доказать, для чего нужны мечты и как они работают.


Марабу, восторженно стоящая где-то посередине между сном и новым сном, проклинающая в собственных мечтах собственные мечты

Поднимите мне веки...а лучше свяжите покрепче и посадите за курсовую, или закопайте вместе с шастрой...ибо кочевник во мне опять проснулся. А у кочевников, как известно, совсем иные предпочтения...пусть зима вернется хоть на выходные - я успею усыпить бдительность своей кочевой сущности и написать хоть пару страничек... пора переезжать...пора меняться...пора раставлять приоритеты правильно...пора пойти с мечом на противника, причитая: "иду на вы"...пора показать козу, выстроить свинью и отпереть ворота...пора поджечь степь сзади своих полков...пора начать дышать...зацепить небо головой при прыжке...наклеить рыбку...написать поэму...включить свет...оторвать желания...разбить полки...набить подушки и расставить лагерь...пора рвать камыш, играть на дуде и дуть в костер...пора....